Побережье пустынно, над волнами носятся птицы,
ты тревожишь морскую, солёную тишину.
Это море сумело когда-то тебе присниться,
ты зачем-то решила довериться этому сну.
Вот идёшь, и песок залезает к тебе в кроссовки,
южный ветер в лицо выдыхает ночную соль.
Ты всегда получалась всего лишь как часть массовки,
а теперь получила внезапно большую роль -
и играй, если можешь, и если не можешь - тоже,
и не жалуйся после, что хочешь начать с нуля.

Если держишь синицу в руках и как можно строже,
то и незачем вовсе разглядывать журавля.

Перед бурей особенно чувствуется затишье,
при котором всех звуков галактики в принципе нет.
Вот бы море смогло всё стереть, что считается лишним,
вспоминая которое, хочется цепенеть:
чтобы сразу, с размаху отрезать горчащие мысли,
чтобы больше не видеть убийственно точные сны...

Ты идёшь - и весь мир для тебя не имеет смысла,
как песок и вода для тебя не имеют цены.

Ты любимица высших, чуть что - так обнимет небо
и спасёт от смертельной, идущей к тебе беды,
ты уверена только, что этот эффект плацебо
заменяет всю действенность докторской ерунды.
То есть там, где ты будешь опять и довольно скоро,
всё сойдёт за ребячество, выдумку, баловство.

Но сейчас будет дождь, и осталось одно лишь море,
только море,
всё море - и, кроме него,
ни-че-го.

Ты сидишь на песке, строишь замки, рисуешь лица,
пишешь имя и ждёшь, пока волны его сотрут.
Ты когда-то нечаянно морю смогла присниться,
и теперь это море - лекарство от всех простуд.
Только здесь ты внезапно поймёшь: ты - совсем живая,
только здесь нужно чувствовать сутками напролёт.

...ты сидишь на песке, чьим-то именем оставаясь,
просто ждущим, пока
это море
его сотрёт.

(с)